Main menu

Я, как переводчик художественной литературы, в ходе моей работы до сегодняшнего дня переводила литературу только сибирских малочисленных, не имеющих самостоятельной государственности народов (например хантыйскую, мансийскую и ненецкую литературу), а также и других народов, поставшив под угрозу вымирания свой родной язык и свою культуру (например, вепскую и коми-пермяцкую литературу), но современную литературу русских авторов никогда не переводила. По этому было для меня огромным вызывом перевод стихотворений Дмитрия Мизгулина (Мурманск, 1961) живущего в Ханты-Мансийске.
Мизгулину Бог дал два подарка – простоту и чистоту. Эти два подарка питают таящуюся в его произведениях красоту: его красивые мысличувстванастроения, и методы, при помощи которых он изображает все это.
У каждого стихотворения Мизгулина своя душа. Каждый его сборник дышит. Каждое его слово − зеркало для нас. Это зеркало то тусклое, то чистое. Когда чистое, нам видна глубина чувств, мыслей и душа поэта. Когда тусклое, тогда инспирирует нас открыть глубину своих чувств, мыслей и души. Пусть тусклое или чистое это зеркало, оно повышает внутреннюю жажду познавания самого себя. Жажду познавания другого человека. Жажду познавания поэта. Жажду познавания тайны Вселенной и Бога...
У Мизгулина сердце русское – душа христианская. Я не знаю, какие бездны и высоты познал в течение своей жизни поэт, социализирующийся при безбожном Социалистическом строе в СССР, но знаю то, что он нашёл Бога, он принял в себя Бога, и Бог присутствует в поступках, в шкале ценностей поэта и в его поэзии. Ему больно видеть церковь и могилы без креста («И покосилась церковь без креста, // И без крестов могилы на погосте»). Ему больно видеть человека, забывающего Бога («Как тленно всё, что создал человек, // Забыв о том, что он творенье Божье.») Ему больно видеть человеческий мир, устроенный без Бога («И без Бога и Веры // Громоздили чертог»). Ему больно что «в бездну тысяча чертей // Россию тащат», что раньше „мерцали в доме образа, // А не экраны», что «каждый грешник был тогда //Поближе к Богу». Ему больно что «обитает душа.... // А ей бы – а ей бы в дорогу, //И – к небу, // И – к звездам, // И – к Богу!»
Тематика и система мотивов Мизгулина связывается с природой, с обшеством и с Богом, и все они детерминируют в его творческом кредо. Поэтому читая стихи Мизгулина, мне вспомнились, во-первых, пейзажисты, ведь поэзия Мизгулина – цепь пейзажей, облаченная в стихи. Но его стихи не просто репродукции природы, он не просто описывает край, но одушевляет его окружающую природную среду с её оттенками („И отразили в себе небеса // Озера светлые воды»), динамикой («Плывут, не спеша, облака, // И в небо впадает река.»), звуками («А ветры в желтеющем поле // С утра затянули псалмы.»), фигурами («И рябины оранжевой кисти // Зазвенят на студёном ветру.»), зависимыми от времена года. И в этой одушевленной, полной гармонии и дисгармонии сибирской природе пульсируют чувства, мысли, настроения Мизгулина и трепеты его души.
Мизгулин своими необычными методами делает бесконечными и время и пространство, отмерянные Богом, и таким образом, Читатель может совершить ряд путешествий и внутрь себя, и в реальность с мгла тумана, растворяющего льды океана до в небо впадаюших рек. В течении путешествий читатель может испытывать присутствие Бога, могущество и вечность сотворенного Богом мира, слабость и смертность земного человека; он может останавливаться на психических, эмоциональных и духовных остановках; он может видеть себя в себе, может мучиться и очиститься.
Читая стихи Мизгулина, мне вспомнились, во-вторых, социографы, ведь поэзия Мизгулина – социография, облаченная в стихи. В его стихотворениях присутствует человек не только в своём природном, но и общественном окружении. В его поэзии и без слов и со словами присутствует натянутое на человека наследство социализма («А вот болота брошенных полей, // Чернеющие избы и сараи, // Унылые остовы кораблей, //На берегу ржавеюшие сваи. // Во всём унынье, боль и нищета. // Сюда уже не ходят звери в гости..»), стагнационные или портящиеся состояния после разлома СССР: подчиненный человек государству («Всё казенное: квартира, // Мебель, кухня, телефон, // Лампа и комплект постельный // По реестру бытиё. // Лишь душа да крест нательный// Всё имущество моё»); распадающийся личность («Только душа не проснётся никак, // Не отойдёт, не оттает», „В суете и круговерти // Чаще думаешь о смерти.», «И синеет сомнений печать // На ещё не окрепшей надежде», «уходит в глухое подполье, // Со злом не смирившись, душа»); открытые выборы («И − да здравствует свобода! // Море водки. Море пива. // Человек мычит счастливо, // К выбору без лишних слов // Он теперь почти готов, // Знает он, едрёна мать, // За кого голосовать!»); новые хозяева власти («Одолели ироды, иуды, // Обложили с ног до головы. // Взять бы да уехать на Бермуды − // Всё одно − подальше от Москвы. //Всё одно − подальше от столицы. // От измен. От пьянства. От страстей. // От кувшинных рыл Замоскворечья, // От вранья тускнеющих вождей.»); глупая цивилизация («Вот и всё, и весь прогресс // Все концы т все начала.») и т.д.
Читая стихи Мизгулина, мне вспомнились, наконец, Библия, евангелисты, и Апокалипсис. В его стихотворениях библейские лица да слова (Иуда − изменничество; Ирод − кровавая баня; БогМилосердныйСоздательВсевышнийСпаситель − сотворение, милосердие, спасение; Чёрт − зло, грех и т.д.) и библейские картины да символы (крест, избиение младенцев, Христос и его ученики, последователи, семь труб Ангелов, Рождество, Святой дух и т.д.) протрясают сложные сети, вызывают разные ассоциации у читателей, у которых появятся ассоциативные значения (коннотации), которые перестроят и верующих в Бога и неверующих в Бога. Они могут подниматьсяперенестись из светской сферы в сакральную сферу, таким образом удаётся им взять в себя и светский и сакральный мир под влиянием поэзии Мизгулина.
Я с любовью рекомендую прочесть стихи Мизулина – рождающегося человека на берегу Ледовитого океана, привязанного к Ленинграду тысячами нитей, который хочет собрать и сохранить каждое мгновение жизни скоропреходящего времени в архиве души, который умело хозяйничает своем талантом, подаренным Богом, который неустанно молится Богу за отпущение и спасение.

Print Friendly, PDF & Email

Песни на стихи Дмитрия Мизгулина